Category: птицы

Category was added automatically. Read all entries about "птицы".

(no subject)

Жирные бляди, мрачные бляди
как мышью водите потной жопою
щелкая по каждому прохожему дяде
вдоль серого голубя, пыльного тополя

наполнены всякими женскими ядами
хера же вы вынюхиваете лисицами
то же дело, по которому вас обвиняю
вам же поручаю расследовать, как в деле магнитского

те же мудацкие материалы
жалобы на ваше воровство
вы же расследовать профессионалы
жалкие следователи, уебищные скво

так жаловался пьяный чувачок с голым мамоном
сидя на набережной средь битых бутылок
был арестован женским омоном
уведен, вроде магнитского, в их женскую бутырку

(no subject)

"Крым лишь страна в которую убегают,
ближе к фантазии, миру волшебных грез,
Крым это листик, который болтается где-то с краю,
на верхних веточках северных наших берез"

так говорил поэт, он восторженным был, вечно пьяным,
тот, что компанию тихих курортников тихо позвал
юношам тихим и девушкам тихим он тихого яду
в уши тихонечко влил и убил наповал.

в очень красивое место я вас отведу, дорогие,
мелкая травка там и островок посреди -
рощица нежных берез, словно тихая русская гиря
бьет нас, на длинной цепочке, пока шашлычок мы едим

выпили водки и он нас повел глухим перевалом
в очень красивое место, где все мы устроим пикник,
страшная белая птица летала и тихо стонала,
что предвещало в конце дороги березки и даже родник

девушки на поэта глядели со скепсисом, смело,
значило это, что может быть даже они влюблены,
шли мы послушно по крымскому лесу среди держи-дерева и омелы,
ведь нам обещали березку, колодезный символ родной стороны

прямо вел нас вперед, словно на магазинной тележке,
прыгала тихо тележка на крымских корявым корнях,
птица зловещая, белая перелетала с ветки на ветку,
тихо стонала, словно в завале на шахте горняк

водку мы пили жадно, мы видеть хотели березы,
каждый еще дополнительно видел, как в камне блестела слюда
в камне блестела слюда иногда, словно тихие слезы
того, кто шел впереди и плакал о шедших сюда

випили водки еще и вдруг я увидел - белеет
ствол впереди, щербинки черные вверх по нему бегут,
или то были мухи на белой полосочке с клеем,
в лавке какой-то крымской, которых много на берегу

вслед этой тихой прогулке последует вдруг пробужденье,
страшною мыслью ужалит кривой позвоночник сушняк,
птица разбудит - на проводах ее стон или пенье
мигом вернет меня в милый, родной березняк

в крым путешествовать ходим всегда мы с охоткой,
даже когда в москве, или где-то еще не в крыму,
вместе с какой-нибудь местной цветною вонючею водкой,
вместе с поэтом, за что и поставим памятничек ему

(no subject)

Теперь, когда нежность над городом так ощутима,
когда доброта еле слышно вам в ухо поет
теперь, когда взрыв этой нежности как хиросима
мой город доверчиво впитывает ее

как нежен асфальт, как салфетка, как трогает сердце
нежнейший панельный пастельный холодненький дом
чуть-чуть он теплее, чем дом предыдущий, тот серый,
а этот чуть розовый, нежность за каждым окном

в чуть стоптаных туфлях приходит прекрасная нежность
и мягко, почти не касаясь твоей головы
погладит тебя и тебя дозировкою снежной
мы нежной такою и доброй не знали Москвы

вот тихо меж нами летают добрейшие птицы
как мертвые мягкие руки нам машут они,
все-все нам прощают и высшая нежность столицы
нам ласково светят неяркие эти огни

и вдруг это слово неясное - "дегенераты",
услышишь его и подумаешь нежно : "что-что?"
какие-то гады нам в городе этом не рады,
да как можно нас не любить и, простите, за что?

наверное тот автомат, что считает поездки
ноль видит на карточке мятой - наверно не рад
тот тихий мужчина, чьи пальцы блестят от нарезки,
чей мутен от выпитой водки затравленный взгляд

о, вся эта злоба от водки, от выпитой водки!
от водки и пьяных и жадных до денег девиц!
о, это шипение нежности в этих нечетких
во тьме силуэтах отрубленных рук или птиц

мы нежности этой ночной и московской солдаты
мы дышим восторженным дымом и мятным огнем,
еще иногда называет нас "дегенераты"
печальный прохожий, мы с нежностью помним о нем